Билеты
Саратовский муниципальный Новый драматический театр
г.Саратов, пл.им.Орджоникидзе Г.К., д.1.
Телефон: (8452) 94-64-55
Билеты

«Золушка по имени Зола»

В  муниципальном театре  «Версия», который недавно переехал в бывший кинотеатр «Темп» и оборудовал , наконец, сцену для большого зала, премьера. Кэмп-сказка Жоэля Помра «Золушка»

Кэмпcamp — лагерь, стоянка. Трактуется  еще как специфический изощренный эстетский вкус и специально культивируемая чувствительность…Новое помещение театра, новый зал, новый жанр, новый для театра молодой режиссер, новые лица: молодые актрисы –недавние  выпускницы. Где ж  поэкспериментировать, как не тут?

Тем более — с антисказками Жоэля Помра, культового  французского драматурга и режиссера, вихрем ворвавшегося ( всего-то   11 лет назад!) со своими пьесами-спектаклями на  престижный Авиньонский фестиваль. У Жоэля пока три антисказки:  про  Красную Шапочку,  где главное лицо — мать, которая  даже не замечает, что теряет своего ребенка,  про  слепого долгоносика  Пиноккио,  до которому никому нет  дела, и  про Зою –Золу, мазохистку поневоле,  которая так    услышала  предсмертные слова матери: если больше пяти минут не думать о ней ,  та умрет по-настоящему. Антисказки Помра ироничны и   по-своему  забавны , как весь наш постмодернисткий театр. Абсурдны  по тексту,  сюжетным ходам ( девочка Зола носит на руке будильник, чтобы каждые 5 минут вспоминать мать,  Мачеха  поручает дочкам непосильную работу:  помогать домработнице раскладывать их чистое белье по ящикам в    шкафы,  Король дважды приходит  неизвестно почему  именно к ним и т. п.).

Режиссер спектакля Мурат Абулкатинов, интересно решавший моноспектакль  с актрисой Светланой Никулиной,   нашел  удачную форму и для    подобной драматургии. Кто-то ткнул воздушный шарик, и из него вышел воздух – так же  вышли все эмоции из актеров, занятых в «Золушке».  Все,  да не все. Холодная  отстраненность тут  видимая.

Особенно трудно    приходится  Мачехе, которую играет Анастасия Шаталина. В пьесе она проходит путь  от вечно молодящейся   (странными способами!) мамочки до  встрепенувшейся  в   любовной горячке дамы,увы, потерпевшей полное   фиаско. В тексте у героини полно ремарок,  мгновенно меняющих градус ее эмоций. Но  что ей делать в таком  вот эстетском спектакле, где ничего чересчур  — ни голоса,  ни жеста? Актриса передает   метаморфозы  своей мадам  еле  заметной интонацией, начиная с сахарно-сиропной, сохраняя  общую  для всех  статичную пластику. И какая ж у нее  измененная, не победная спина, когда она  с позором покидает  королевский дворец…. Очень юная девушка Элины Сорокиной — типичный угрюмый подросток,   обративший шипы колючести на  самое себя. Актриса верна букве образа до конца:  когда  в финале ,по ремарке,  все танцуют и веселятся , она двигается с лицом гота.

Ровные голоса героев , небыстрые  перемещения по сцене, долгие   неподвижные позы – парные, тройные, в

ряд. В подобной пластике движутся  актеры  формального европейского  театра.  Живой пример  — осененный шестью Золотыми Арлекинами «Урод» в блестящей постановке болгарина Явора  Гырдева в академдраме. Там сильно  загримированные актеры с эстетствующим холодком   переходили из образа в образ, у них даже имена   одинаковые: Фанни — скромная жена Летте и Фанни — распутная старуха, Шефлер — расчетливый шеф и Шефлер — выдающийся хирург… Константин  Богомолов, известный ниспровергатель театральных авторитетов, поставил  пьесу«Ювелир» на бенефис Олега Табакова в той же бесстрастной  манере .  Где актеры– как полусдутые   шарики.

Все эти режиссерские штучки отнюдь  не означают выключенность персонажей  из действия. Просто в таком   варианте важны не внешние конфликты героев между собой. Как говорит основатель  Формального театра в Петербурге  Андрей Могучий, «весь конфликт происходит исключительно внутри человека, причем не в моноспектакле, а в спектакле многонаселенном, где человек находится наедине с самим собой, наедине со своим внутренним миром». Здесь, раздраженная  дурацкими выходками Золы ( правда, дурацкими!) Мачеха, нагружает ее все новыми обязанностями: грязные  ведра, жирные кастрюли,  раковины, унитазы. А девушка    только  рада :  «за мать»  она казнит себя  куда  суровей. Еще меньше  связан  с окружающим миром  инфантильный Очень юный Принц, прелестный у Александра Демидова. 10 лет  подряд ему обещают, что мама ему  сейчас позвонит.  И он верит – или хочет верить, как не желающий взрослеть ребенок.

В этой  «Золушке наоборот» (помрачней даже  гриммовской, где в  конце  сестрам голубки выклюют глаза) сила на стороне девушки.Жалея товарища по несчастью,  откроет ему правду о королеве-матери. И туфельку  не  она  потеряет, а  мачеха.  Принц же, со свойственной ему неловкостью,   преподнесет на память новой подружке… свой массивный бутс. Наверняка безвольного отца из мертвого стеклянного дома (о который разбивались  глупые птахи) уведет именно  она, Зола.

Конец  истории   вполне абсурдистский: «Даже когда жизнь их разлучила, принц и очень юная девушка переписывались. Они посылали друг другу весточки, даже будучи на другом краю света, и так до конца своих дней», — сообщает Рассказчик — Александр Овчинников (заменивший Рассказчицу по пьесе), похожий на черного джокера, самое динамичное лицо в спектакле.

И — никаких хэппи-эндов. Но как мудро заметил  толкователь сказочек  Помра, с такими  комплексами, как у этих двоих, счастливую пару  не создашь.  Каждый видит свое, я увидела предупреждение:  не стоит так уж  сильно доверять словам.Можно ослышаться, можно  не так понять, поверить  и  —   сломать себе жизнь,  как  сделала Зоя. «Что вы читаете, принц?  -Слова, слова, слова…»

В холодновато-красивой эстетике  и статике кэмп-сказки, созданной усилиями режиссера, художницы Ирины Дерябиной (костюмы ее красочными пятнами разбавляют офисно-лаконичный  вид дома) и художника по свету Максима Шлыкова, в  непривычной для себя  стилистике  актеры (Илья Слюдачев, Надежда Червонная, Таисия Щербак , Юлий Ридель) чувствуют себя  неплохо. Надо же еще   сделать скидку на новизну (см. выше) , необкатанность  премьерного спектакля. Пожалуй, только актриса  в роли Феи, этакой  неудачливой фокусницы  (Елена Петрова), выглядит  совсем  раскованной и свободной. Но такая  она и есть.

«Не пошла»  у меня  лишь неживая,однообразная, давящая на мозги музыка. В малых дозах — самое то, но в больших, вкупе  с декларируемым кэмп-стилем …диссонанс, однако. Музыкальное решение можно было  сделать  более разнообразным.

Смелое, молодое начало премьерной жизни «Версии» на новом месте не может  не радовать ее поклонников.

 

Ирина Крайнова, 04.03.2017  http://irin-krainov1.livejournal.com/220522.html?utm_source=vksharing&utm_medium=social